Корзина
Ваша корзина пуста.

ТАМ, ГДЕ ПЛАЧЕТ ЖАВОРОНОК ВЛАДИМИР КИМ (Ёнг Тхек) ЧИТАТЬ ОНЛАЙН

29 ноября 2017 г.

 

СВИСТ БОМБ И ЖАРЕНЫЕ ГОЛОВАСТИКИ

 
В отличие от многих моих корейских сверстников, родившихся в Советском
Союзе в первые годы после Великой Отечественной войны, мне довелось
коснуться другого противостояния, где врагами были не фашисты, а свои же
соплеменники. Слава Богу, что я не мог в ней участвовать, так как мне было
тогда всего четыре года. Да и родители мои, если бы знали, вряд ли бы так
спешили весной 1946-го на родину предков, только-только освободившуюся от
японского колониального ига.

Что ты помнишь о войне? Мне часто задавали этот вопрос. Что я помню?
Признаться честно, то не многое. Если отбросить все услышанное и
прочитанное, присочиненное воображением журналиста-профессионала, то
останется всего несколько эпизодов, связанных непосредственно с военными
действиями на полуострове. Я попытаюсь еще раз их вспомнить.

Июньское утро, голубое небо. И вдруг нарастающий гул моторов. За рекой
Тэдонг находился военный аэродром, так что мы привыкли к шуму
авиационных двигателей. Но в то утро моторы ревут так, что вся деревня
высыпала на улицу. Большие, не виданные ранее серебристые самолеты с
сигарообразными баками на концах крыльев, проносятся над аэродромом. И тут
же всполохи и раскаты взрывов. Огонь и дым поглощают весь горизонт. Крики
ужаса и страха, вопли и плач женщин…

Картина бомбежки аэродрома долгое время ассоциировалась у меня с началом
войны, с вероломным, как нам твердили с детства, нападением южнокорейцев.
Уже спустя годы я узнал, что этот авианалет американских «летающих
крепостей» состоялся 26 июня, тогда как война началась днем раньше.

Второй эпизод связан в моих воспоминаниях со свистом в ушах. Тонким таким
вибрирующим свистом, от которого на глаза невольно наворачиваются слезы.

Я просыпаюсь в пустом кузове грузовой машины, а в ушах стоит этот
ужасающий свист. Воздух наполнен едким запахом гари, поле кругом усеяно
брошенными телегами, и разным скарбом. Люди мечутся вдоль опушки леса,
размахивают руками и, видимо, что-то кричат. Вскоре прибегает мать. Плачет,
обнимает меня и что-то говорит мне, но я ничего не слышу. И от этого мне
страшно, и я плачу. Глухота потом прошла, но этот звон в ушах преследует
меня всю жизнь, особенно в периоды недомогания.

Потом мать не раз рассказывала, как авианалет застиг их в дороге и что шофер
успел свернуть к лесу. Там все бросились врассыпную. Как, уже забившись под
сваленное дерево, она с ужасом вспомнила обо мне, оставшемся в машине.
Бросилась, было, назад, но страшный свист бомб и грохот разрывов сковали ее
на месте. Как после бомбежки бежала обратно, не чуя ног. И счастливый
финал. В этом месте мать всегда смеялась.

Третий эпизод тоже связан с авианалетом. Горят дома, крики и плач людей. И
этот жуткий запах серы от напалмовых бомб. Уже после войны мы находили
желтоватые комочки и поджигали их. Сера горит долго, потушить ее трудно.

Капли, куда бы ни упали, продолжают пыхать синим пламенем. Бывало,
обжигались, боль дикая, поскольку горячую липкую массу сразу не отдерешь.

А ранки долго не заживали. И вот представьте себе человека, обожженного
напалмом. Он идет, вернее, катится по земле, корчась от боли. И женщины
почему-то решают, что его надо обмыть мыльной водой. Не знаю, помогло это
ему или нет, но этот обожженный человек — сгусток дикой боли и
невыразимых страданий — часто являлся мне потом в моих детских и
взрослых снах.

И последний эпизод. Вдоль дороги бредут пленные американцы. Белые лица,
рыжие волосы, большие бычьи глаза. Каждый из них выше конвоиров на
целую голову. Последние тоже запомнились, поскольку одеты они в
незнакомую форму. Позже я узнал, что это были китайские добровольцы.
Какие чувства охватили меня при виде пленных? Не помню. Может быть,
кричал вместе с другими, показывал пальцем? Просто запомнилась картина:
уныло бредет колонна необычно высоких и белых людей, все без ремней, а
кто-то и без пилоток, одни опустив голову, другие, раненые, с трудом
передвигая ноги. Плен, одним словом.

Понадобились годы, чтобы я связал эти эпизоды в единое целое, поскольку
надо было уяснить, в первую очередь, для себя, почему одно событие
происходит недалеко от Пхеньяна, а другое за сотни километров от этого
города. Дело в том, что, когда началась война, наша семья была эвакуирована в
Китай. Не было с нами лишь брата Ильи, который перед началом войны уехал
в Советский Союз и поступил в Московский государственный университет.
Эвакуация заняла, видимо, немало дней, потому что мы, тронувшись в путь в
середине лета, оказались на китайской территории в начале зимы. Ехали на
грузовике: пассажиры, числом более дюжины, составляли четыре семьи. В
пути попали в окружение, но его прорвали китайские добровольцы, дав нам
возможность пересечь границу и добраться до города Харбина. Таких
эвакуированных семей было свыше ста. Поселили нас в два здания —
двухэтажное и трехэтажное. Каждой семье досталось по комнате. На первом
этаже — общая кухня с огромной плитой, удобства — во дворе. Семьи разные —
по возрасту, численности и служебному положению отсутствующих мужей и
отцов. Но всех нас объединяло одно — все мы были советскими корейцами.
Естественно возникает вопрос — откуда взялись корейцы в Союзе и как они
попали в Северную Корею?

Первое официальное упоминание о переселенцах-корейцах, обосновавшихся
на российском Дальнем Востоке, датируется 1864 годом. В начале ХХ века
число их достигло нескольких десятков тысяч. Люди покидали отчизну, в
основном, из-за нужды и лишений. Царское правительство неоднозначно
относилось к переселенцам: то оно приветствовало их и принимало в свое
подданство, что давало право получить материальную помощь и надел земли,
то отказывалось принимать. Но корейцы все равно переселялись и, таким
образом, подавляющая масса переселенцев не нашла на чужбине лучшей доли.
Именно эта масса приветствовала свержение самодержавия, а в период
гражданской войны сражалась на стороне красных, поскольку большевики
обещали всем землю и равные права.
 
 
ПОЛНУЮ ВЕРСИЮ ЭТОЙ КНИГИ ВЫ МОЖЕТЕ СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО В ФОРМАТЕ pdf
 
 
 
 
 
 
 
 
Комментарии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Заголовок комментария:
Комментарий: